Атмосфера их дома не отпускала… 



1977 год. Воронежский государственный институт искусств. Лекции по эстетике нашему курсу читает доцент Сталь Никанорович Пензин. Первая же лекция и сам облик Учителя меня совершенно покорили! Его непохожесть на других преподавателей, его заинтересованность тем, о чем он говорил, увлекали и очаровывали. Он принес деревянную статуэтку индусского божка и так интересно в своей речи связал ее с предметом эстетики, что на следующую лекцию Сталя Никаноровича бежала, боясь опоздать. Все его жизненное пространство было связано с искусством (в частности, с искусством кино). Другие скучными голосами отчитывали свои часы, Сталь Никанорович же восторженно и увлеченно говорил о творчестве, о создании шедевров, о непохожести творцов, об их почерке и еще, еще, еще… 
Через некоторое время узнала, что занятия киноклуба в «Пролетарии » ведет Сталь Никанорович. Набралась смелости и после лекции замирающим от страха голосом подошла просить абонемент. Конечно, дал, но с условием, что перед показом фильма С. Эйзенштейна «Иван Грозный» расскажу зрителям о музыке С. С. Прокофьева к этой ленте и о совместной работе режиссера и композитора. Согласилась, но выступать боялась жутко. Выучила свою 10-минутную речь назубок и кое-как справилась. Это был самый первый урок, который дал мне Сталь Никанорович. Поборола свою робость и выступила перед залом, на сцене, говоря в микрофон, хотя никогда ничего подобного до этого не делала. 
С киноклубом связаны пять моих счастливых лет (1977—1982 гг.). Учитель перед показом обязательно делал сообщение об авторах фильма и говорил о кино не только высокопрофессионально, но пытался еще донести до всех нас и общечеловеческие ценности: доброту, заботу о детях и стариках, уважение к другим, любовь к природе… 

После фильма Сталь Никанорович всегда приглашал всех на обсуждение увиденного в «красный уголок», наверх. Поднималось человек 20-30, не больше. Обычно это были члены киноклуба, которые горячо обсуждали картину, я же тихо сидела в уголке и жадно слушала. Учитель в конце подводил итог и говорил всегда интересно, верно и потрясающе убедительно, так, что после долго «переваривала», обдумывая услышанное. 
Потом были восхитительные поездки с киноклубом на кинофестивали в Москву, на ретроспективы режиссеров, киносеминары, приглашение в наш киноклуб сценаристов, актеров… Сталь Никанорович показывал настоящее искусство и учил отличать его от китча. Как много вложил он в нас своей души, как многому научил! Эти разговоры о важности и нужности искусства и творчества были для меня просто необходимы. 
Увы, кроме сестры, не с кем было говорить об этом раньше, до встречи с Учителем. 
Получилось так, что мы с сестрой стали вхожи в дом Сталя Никаноровича. Он и Альбина Борисовна, его жена, были идеальной парой. Духовная атмосфера их дома не отпускала, и уходить не хотелось, а хотелось впитывать эту творческую ауру. Там было великое множество книг по искусству и киноискусству, кассеты с фильмами (позже — диски), картины по стенам, написанные его отцом-художником… Что же так притягивало к этой семье? Можно много перечислять. Скажу о главном: нравственная порядочность, духовная чистота, забота о других, высочайшая интеллигентность — таких людей раньше не встречала и, наверное, уже не встречу… 
В 1985 уехала из Воронежа, и закончились восемь моих счастливых лет. 
Конечно, была и переписка; и когда приезжала в Воронеж, скорее бежала в этот потрясающий дом, где Сталь Никанорович рассказывал о своих новых книгах и статьях, говорил о прочитанных новинках и, конечно, показывал по DVD фильмы. Ходила и в Дом актера, где Сталь Никанорович вел видеоклуб, на его лекции в педуниверситет, в ВГУ. Подаренные нам с сестрой книги с автографами бережно храним и перечитываем. 
Увы, не будет больше таких счастливых и незабываемых встреч с искусством в киноклубе, где мы, благодаря Учителю, воспитывались, учились правильно мыслить и впитывали бесценные флюиды порядочности и духовности. 

Вера Сапронова, 
преподаватель музыки .