6 ноября 2009 год

 

Вуз нашей любви


3 ноября в Государственном Кремлевском дворце состоялся торжественный вечер, посвященный 90-летию ВГИКа. Институтом он стал лишь 75 лет назад, в 1934 году. А в 1919 году была основана первая в России и в мире государственная киношкола.

На мой взгляд, это не просто юбилей одного из далеких столичных вузов, а праздник для всех, кому дорого отечественное кино. Ибо нет у нас фильмов без участия выпускников ВГИКа. Теперь это Всероссийский государственный университет кинематографии, сокращенно ВГИК.

«Я памятник себе воздвиг...»

Перед киноуниверситетом – памятник трем его выпускникам. Двух вы легко узнаете: это сокурсники А. Тарковский и В. Шукшин. Третий не всем, скорее всего, известен, хотя его корни из нашей области: его мать, Людмила Никифоровна, последняя из семьи Переверчкиных, родилась в 1918 году в Таловой. В День кино на страницах «ВК» подробно

 рассказывалось о новаторстве ее сына – поэта и кинодраматурга Геннадия Шпаликова, по сценариям которого ставили лучшие свои фильмы В. Туров, Г. Данелия, М. Хуциев, Л. Шепитько, С. Урусевский, А. Хржановский. По собственному сценарию он снял «Долгую, счастливую жизнь». Геннадий мог бы стать выдающимся режиссером. Мог бы, но не стал...

Процитирую слова Л. Кройчика в день юбилея А. Кольцова («ВК» от 15 октября): «А сопоставим он с нашей эпохой своей трагической ненужностью. Художнику всегда живется трудно, хорошо живется только ремесленнику». Геннадий не захотел мириться с «ненужностью», – в 37 лет на бесчисленные запреты ответил суицидом. Двое других также служат печальным подтверждением справедливости слов А. Тарковского, которые слышал на встрече с ним: режиссура – «вторая после летчиков-испытателей истребительная профессия». Им бы «жить и жить, сквозь годы мчась»: А. Тарковский покинул нас в 54 года, В. Шукшин – в 45. Но оба успели очень много: создали принципиально иной кинематограф, свободный от лжи.

Отрадно, что Воронеж в 1964 году зажег зеленый свет дебюту Василия Макаровича «Живет такой парень», о чем напоминает мемориальная доска на здании ДК им. Кирова. А через год в Воронеже открылся один из первых в стране киноклубов «Друзья десятой музы». Чуть позже – киновидеоклуб им. В. Шукшина. Ведь кинематографистов-новаторов обвиняли, будто их творчество непонятно. Киноклубное движение родилось в поддержку «трудных» (читай: серьезных, правдивых) фильмов. В «Пролетарии» киновидеоклуб им. В. Шукшина провел однажды вечер его памяти. Студенты-«вгиковцы» привезли нам дипломную работу Василия Макаровича «Из Лебяжьего сообщают»; во втором отделении показывался фильм «Странные люди». Большой зал не смог вместить всех желающих – киновечер пришлось повторять.

Бег с препятствиями

ВГИК – элитарный вуз, поступить в него очень трудно. В прошлом году 15 мест актерского факультета штурмовали 2,5 тысячи человек, 10 мест режиссерского – 500. Но дело не только в громадном конкурсе. Приемная комиссия не хотела брать В. Шукшина и А. Тарковского: первого – за то, что слишком мало знал, второго – за то, что знал излишне много. Тогда М. Ромм, набиравший курс, поставил условие: или вы их принимаете, или я ухожу из ВГИКа.

Леонид Гуревич, вместе с которым я учился в мужской школе № 12, поступал во ВГИК четырежды. Сдавал экзамены на пятерки. но так и не был принят: подвело исключение из комсомола. Потом, правда, ЦК ВЛКСМ его восстановил, а Леонид и без ВГИКа стал знаменитым кинематографистом: по его сценариям снято свыше 80 документальных фильмов. Более того, он вел творческую мастерскую на Высших курсах сценаристов и режиссеров, у него множество учеников, в том числе наша землячка кинорежиссер Галина Евтушенко.

Мне сей барьер удалось взять. Как? Произвел разведку боем. Приехал во ВГИК на год раньше и убедился, что иногородних в аспирантуру не берут: ставят двойку или тройку за вступительный реферат. Решил лечь костьми, но сделать настоящее научное исследование, к которому невозможно было бы придраться. Пришлось многим пожертвовать: ушел с любимой работы корреспондента на Воронежской телестудии, год работал маляром в СМУ-8, писал на автокранах «Под стрелою не стоять». И каждую неделю целый год на два-три дня гонял в Москву, во ВГИК. (Благо билет в общем вагоне стоил пятерку.) Ректор ВГИКа А. Н. Грошев смилостивился и дал письменное разрешение посещать все учебные просмотры. В итоге подготовил реферат «Бестекстовый фильм», и один из самых строгих преподавателей ВГИКа Н. П. Туманова поставила мне за него «отлично».

Приемную комиссию напугала характеристика с места работы: «Маляр 5-го разряда, норму выполняет, в быту опрятен». Мне прислали отказ. Но я уже знал о своей пятерке и явился во ВГИК с направлением от ВГУ («нам нужен такой специалист») и документами о сдаче кандидатского минимума. После вступительного экзамена был принят.

Много лет спустя, уже будучи преподавателем ВГУ, во время стажировки во ВГИКе вел семинар «Кино и зритель». В списке студентов – сплошь знакомые фамилии. Дяди, тети и дедушки «вгиковцев», не говоря об их о родителях, – украшение отечественной культуры. Попасть в то время туда без поддержки – что травинке пробиться сквозь толщу асфальта.

Творческие мастерские

Учеба в аспирантуре ВГИКа – одно из самых приятных воспоминаний. Разумеется, столичный вуз не мог не поражать провинциала, но тут сильное ощущение производила сама атмосфера. Начиная с коридоров, по которым идешь – а тебе навстречу М. Ромм, С. Герасимов, С. Бондарчук. Во ВГИКе было много иностранцев; один японский студент чуть в обморок не упал, когда увидел Л. Кулешова. Оказывается, у них в Японии на киностудии стоял памятник Кулешову. На моей защите среди почтенных членов ученого совета Лев Владимирович выглядел отнюдь не патриархом...

Принципиальное отличие нового для меня института от того, что окончил в родном городе, – творческие мастерские. Мастер что дядька для дворянских отпрысков: он набирает студентов или аспирантов и опекает их с первого до последнего курса – вплоть до диплома или защиты диссертации. Классический пример коллективной дипломной работы – легендарный фильм «Молодая гвардия» С. Герасимова, в котором снимались все его воспитанники, будущие кинозвезды.

Мне повезло: попал в мастерскую основоположника киноведения Н.А. Лебедева. Я его знал как автора фолианта альбомного размера «Очерк истории кино СССР, т. 1 – Немое кино» (1947), ставшего моей настольной книгой. В основу ее Николай Алексеевич положил четкую концепцию: разделил всех режиссеров «великого немого» на новаторов и традиционалистов. Граница между ними весьма подвижна, но и сегодня верю в это деление. Самые теплые, дружеские отношения у меня сохранились с Николаем Алексеевичем и после защиты. Мы переписывались, я часто ездил к нему домой.

Убежден, что мастерские выдающихся специалистов – наиболее результативный способ приобщения к творчеству студентов таких гуманитарных профессий, как журналистика, филология и др. А метод, дословно повторяющий школьный (только вместо уроков – лекции и семинары), абсолютно непригоден. Не случайно он пробуксовывает, к примеру, на филологических факультетах: истинных литературоведов у нас раз-два и обчелся. (Речь не о трудах в поддержку ученых званий.)

Об уровне обучения

Расхваливая киноинститут времен своей молодости, не берусь утверждать, что он и сегодня идеальная кузница творческих кадров. В номере журнала «Искусство кино», посвященном юбилею ВГИКа, для сравнения помещены интервью с русскими выпускниками киношколы Парижа и кинофакультета Калифорнийского университета. Там для лучшего овладения ремеслом много таких новшеств, о которых «вгиковцы» лишь мечтают. Мне импонирует в зарубежных вузах свобода для студентов в выборе предметов. Педагог вывешивает план спецкурса, и к нему записываются все желающие. У нас сие невозможно: все строго регламентировано, перечень обязательных дисциплин утверждается свыше.

Остановлюсь еще на одном преимуществе ВГИКа. Представить не могу, чтобы на собственном юбилее студентам-филологам было бы позволено публично заявить о недостатках их обучения. Празднование сводится обычно лишь к победным маршам. Не то во ВГИКе. «1. Почему ваши педагоги не хотят смотреть, показывать, обсуждать современное кино? 2. Уровень обучения во ВГИКе: вы довольны им? 3. Как у вас на факультете обстоят дела с практикой? 4. Какими вы видите кинематографистов, окончивших ВГИК?» – это вопросы из юбилейной анкеты. Они предельно актуальны.

Для сравнения: беру регулярно отечественные журналы в библиотеке вуза с двумя филологическими факультетами. Читаю спустя три-четыре месяца после их выхода. Так что же – приходится стоять в очереди? Отнюдь – передо мной одна, от силы две отметки о выдаче. Разве это не сигнал об опасности: ни студентов, ни их наставников не интересует современная литература. Но никто не бьет по этому поводу тревогу. Иное дело во ВГИКе. Из ответов студентов на первый вопрос. Студентка-режиссер: «Нам на мастерстве показывали фильмы последнего двадцатилетия, так что мимо меня они не прошли». Будущий продюсер: «Действительно, мы в рамках «вгиковского» образования совсем не разбираем современное кино». Киновед: «Я считаю, отсутствие желания некоторых преподавателей смотреть современное кино связано с их возрастом и закалкой. Возраст в данном случае играет роль стены между нами». Сценарист: «Современное кино показывают, но неохотно и мало. Только избранные педагоги и только фильмы, совсем не укладывающиеся в тенденции кино России». Из ответов на второй вопрос: «Уровень обучения средний, устаревший», «Уровень обучения на экономическом факультете можно охарактеризовать как средний», «У нас было огромное количество совершенно невнятных преподавателей, которые читали лекции, состоящие из сплетен и разной чепухи не по делу, засыпали на лекциях. С другой же стороны, на фоне подобных персонажей у нас вели лекции люди, которые знают свое дело и дали нам большое количество полезных и интересных знаний», «Уровень лучший в стране, т. к. в стране нет другого такого киновуза. Но главная проблема ВГИКа – в нем не занимаются воспитанием личности, а занимаются навязыванием своего мнения...». Есть ли в Воронеже вуз, выпускники которого не подписались бы под последним заявлением?

Какое кино любите вы?

Так как же все-таки учат в моей любимом вузе сегодня: хорошо или так себе? Судить об этом хотя бы косвенно позволяют ответы студентов, которых попросили назвать лучших с их точки зрения режиссеров. Вот «великолепная двадцатка», по мнению студентов-операторов: Тарковский (высший рейтинг – 91), Калатозов (49), Эйзенштейн (30), Михалков (29), Антониони, Феллини, Соловьев, Данелия, Бондарчук-ст., Чаплин, Коппола, Ромм, Уэллс Орсон, Рязанов, Кончаловский, Звягинцев, Параджанов, Кубрик, Форман, Годар. Браво, операторы! Вас учат как надо.

У меня в книге «Мир кино» полная синхронность с будущими кинематографистами. Нет лишь очерков о Г. Данелии и Э. Рязанове: их и без того все знают. Выходит, я остаюсь «вгиковцем».

Проверь себя и ты, читатель. Ребята с режиссерского и сценарного факультетов упомянули еще Бергмана, Иоселиани, Лелуша, Норштейна, Германа, Вендерса, Висконти, Балабанова, Джармуша, Сокурова, Кустурицу, Муратову, Хуциева.

Если и ты поклонник авторского кино, добро пожаловать в киновидеоклуб Дома актера, который 18 ноября в 17.00 открывает новый сезон фильмом о поэте И. Бродском «Полторы комнаты». Его режиссер А. Хржановский окончил ВГИК в 1962 году (мастерская Л.В. Кулешова).