Окно в мир кино

Перед нами – солидно изданный том под названием «Мир кино», выпущенный издательско-полиграфическим центром ВГУ. Нетрудно угадать, кто его автор. В воронежском культурном пространстве о кино с завидной последовательностью пишет около полувека только один человек – кандидат искусствоведения доцент Сталь Пензин. На этот раз он решил объединить в одной книге множество материалов: и опубликованных когда-то, и вновь написанных. Книга включает большое количество имён: от самых первых кинодеятелей до персонажей, появившихся совсем недавно. 

Это не учебник и не энциклопедия. Главным достоинством этой книги, на мой взгляд, является её субъективность. Хотя многие сочтут подобное за недостаток. А вспомним-ка, что нам запомнилось больше всего: унылые сухие строчки учебника, по которым приходилось сдавать разные предметы, или яркие, вдохновенные страницы книг, написанные людьми, увлеченными своим делом? Ответ, думаю, однозначен. 

Книга Пензина относится ко второй категории. Её читаешь как захватывающий роман и жалеешь только об одном: ещё бы, побольше, об этом персонаже! С автором хочется спорить, и это тоже здорово: нет в искусстве однозначных оценок. 

По мнению Пензина, всё кино делится на две большие группы: экстравертивное и интровертивное. В экстравертивном упор делается на внешнее действие, а интровертивное раскрывает внутренний мир человека. Хотя не исключена возможность сочетания напряженности действия с психологией – хотя бы фильмы того же Альфреда Хичкока. 

Заинтересованный читатель найдет в «Мире кино» сведения и о киноклассиках, начиная с Сергея Эйзенштейна и Чарли Чаплина, и о прославившихся совсем недавно Алексее Балабанове и братьях Дарденн. Охват, действительно, максимальный. Но не всеобъемлющий. Возможно, кто-то удивится, не найдя в главе «Многоликий экран Америки» такого культового ныне режиссера, как Квентин Тарантино. Зная Сталя Никаноровича много лет, рискну предположить, что вышеназванный режиссёр не вошёл в его книгу потому, что в его фильмах, где текут реки крови, нет морального осуждения убийц. Нравственный аспект очень важен для Пензина, так как он принадлежит к поколению, для которого нравственные ценности – не пустой звук. 

Возможно ли воспитание думающего, озабоченного поисками смысла жизни человека с помощью кино? Для Пензина тут двух мнений быть не может: только так и возможно. Иногда воспитательная функция кино даже перевешивает: ведь фильмы Марка Осепьяна «Три дня Виктора Чернышова» или Виктора Гурова «Я родом из детства» из нашего времени кажутся весьма скромными достижениями (кино ведь очень быстро устаревает), а в книге об этих режиссёрах рассказывается с тем же жаром, что и об Андрее Тарковском или Кире Муратовой. 

Подход к западным и американским режиссёрам показался мне более взвешенным. Обстоятельно написано и о японском кино. Но жаль, что нет раздела о набирающем силу кино Азии: о китайцах Чен Кайге и Чжан Имоу, о гонконгском режиссере Вонг Карвае или корейце Ким Ки Дуке. Но… нельзя объять необъятное. Каждый день на экраны всех стран выходят десятки новых фильмов. 

Кто из их создателей станет знаменит и войдет в кинословари всех стран и народов – решит Время. Перед нами же открыто прошлое великого искусства ХХ века. Ведь кино – чуть более ста лет. И какое счастье, что с помощью современной техники мы можем сейчас посмотреть любую картину, начиная с Великого Немого. Надо только правильно распорядиться этим богатством. И поможет нам компас-книга С.Н.Пензина «Мир кино».

Людмила Романова
Источник:  «Коммуна», № 80 (25314), 05.06.09 г.